Герой нашей рубрики – представитель самой гуманной в мире профессии, врач по призванию Юрий ПАВЛЕЦОВ.
СПРАВКА «ПО»
ПАВЛЕЦОВ Юрий Иванович. Род. 2 марта 1954 г. в Соликамске.
В 1977 г. окончил Пермский государственный медицинский институт (лечебный ф-т). Хирург, анестезиолог. Врач высшей категории. По окончании института работал в Соликамской ЦРБ.
С 1989 по 2001 г. – главный врач МСЧ № 5 (Пермь). С 2012 по 2015 г. – начальник департамента здравоохранения администрации Перми.
С 2015 по 2016 г. – начальник госпиталя ветеранов войн.
С 2016 г. – директор по развитию ЗАО «Дельрус».
Преподает в Пермском государственном медицинском университете им. Вагнера (предмет – организация здравоохранения).
– Как вы выбрали эту профессию, Юрий Иванович?
– Меня к этой теме подвинули родители, хотя сами врачами не были. В школе любил биологию и математику. Плюс к этому отец всё время болел, два инфаркта перенес. Умер рано. Бабушка болела… Окончил знаменитую школу № 1 в Соликамске. Ее в свое время окончили академик Валерий ЧЕРЕШНЕВ, бывший пермский мэр Игорь САПКО, министр образования Раиса КАССИНА, известный писатель Лазарь Карелин.
Почему-то все мои одноклассники пошли в инженеры, в горные мастера, в калийщики, а я выбрал медицину. Почему, спрашиваете? Наверное, потому, что всегда хотел помогать людям. Занимался спортом, даже хотел одно время быть спортивным врачом. Выступал за институт по лыжам и легкой атлетике. Шесть раз ездил в стройотряды.
После того как окончил институт, по распределению отправился в Соликамскую ЦРБ. Через полгода прошел специализацию на анестезиолога. Шесть лет проработал там. Потом стал главным врачом. Был председателем профкома, секретарем партийной организации. Потом пригласили в Пермь на должность главврача МСЧ № 5 в Дзержинском районе. Я приехал, меня встретил директор завода им. Дзержинского генерал Михеев. Полгода жил в общежитии, потом получил квартиру, в которой и живу по сей день.
– Сколько людей вы спасли?
– Когда работаешь анестезиологом, каждый день, к сожалению, люди и умирают, и выживают… В свое время в Соликамске взбунтовались зэки в пятнадцатой колонии, пришлось оказывать им помощь, было много раненых, даже в сердце. Хирурги в нашей ЦРБ были классные. Понимаете, в Соликамске тогда много было репрессированных врачей из Москвы, Ленинграда. Больница наша была мощная: 310 коек, 4 участковых больницы, 16 фельд-шерских пунктов. Бывало, и на лошадях в деревни ездили. Один раз на вертолете летали в поселок Басим… Много чего было. А сейчас в Соликамске практически ничего нет. Я имею в виду здравоохранение.
– Вы работали начальником департамента здравоохранения администрации Перми…
– Да. Работа была интересная. Планы хорошие строили. Тогда в медицине были деньги.
– А сейчас их нет?
– Приведу один пример: поликлиника № 1 на ул. Ленина, 16. Город сделал очень хороший проект, заплатил 25 миллионов. Был заключен договор с правительством Пермского края: город отдает проект краю, а тот строит поликлинику. Но… Проект сейчас погиб – деньги потрачены на ветер, площадка пустует.
Второй пример. Мы с большим трудом сдали хирургический корпус детской больницы № 15 на ул. Баумана. Сейчас это одна из лучших больниц в крае. Построили больницу на ул. Докучаева, на 200 посещений в смену. Застолбили семь участков для поликлиник, по одному на каждый район, но по ним никаких телодвижений. За три года кое-что всё-таки успели сделать, но только сейчас начали говорить о строительстве больницы на ул. Шишкина в Закамске, о больнице в Лёвшино. Там очень нужна детская больница! В этом поселке вообще нет ни одной больницы. Врио губернатора говорит, что будем строить, но ничего не делается.
В советские времена строили грамотно – в каждом районе была и детская, и взрослая больницы, обязательно была женская консультация. Сейчас, в связи с многочисленными реформами, всё перемешалось, всё перепуталось. Одни чиновники разделяют, приходят другие – соединяют. И у простых людей всё в головах перепуталось. У чиновников не хватает толку навести хотя бы элементарный порядок. Меня это и возмущает больше всего.
– То есть сейчас здравоохранение в Прикамье не развивается?
– Ответьте мне, пожалуйста, на простой вопрос: где располагается департамент здравоохранения?
– На ул. Газеты «Звезда», 9.
– Его там нет. Его вообще нет с 2015 года. Это нонсенс. Сейчас здравоохранением в Перми вообще никто не управляет!
Самая большая ошибка, я считаю, – это передача муниципальных учреждений здравоохранения на краевой уровень. В советские времена в региональной собственности были только психбольницы, кожные диспансеры и областная больница. С 1 июля 2014 года все больницы края переданы краю, и командует ими кревой министр здравоохранения. Фельд-шер какого-нибудь деревенского ФАПа напрямую подчиняется министру. К примеру, чтобы написать заявление на отпуск или что-то еще, он должен адресоваться к министру в Пермь и потом дождаться приказа. А администрации района всё до лампочки.
– Почему?
– Потому что в ее полномочиях нет пункта, чтобы заниматься больницами и ФАПами. В ФЗ № 323 осталась лишь одна статья – 17-я – о полномочиях муниципалитетов по созданию условий для больниц: дороги, электричество и так далее.
Сегодня ни один глава района или города не выделяет квартир для врачей. Это не их полномочия. Они даже не обязаны заниматься ремонтами больниц.
– И кто же занимается ремонтом?
– Никто не занимается. И у больниц нет на это денег. А должно заниматься финансово-хозяйственное управление при минздраве, которое как раз и находится на ул. Газеты «Звезда», 9. Наш департамент здравоохранения оттуда выгнали. Я тогда был в отпуске, а когда вернулся, то из всех кабинетов остался только мой… Я тут же написал заявление. Потом еще год работал главным врачом в военном госпитале. Но меня тоже оттуда «попросили», в основном, из-за разногласий с министром Ольгой КОВТУН.
В госпитале два источника финансирования: из Фонда обязательного медицинского страхования и бюджета. До 1 января 2016 года госпиталь был на бюджете, поэтому работал нормально: было установлено определенное количество дней лечения, заложена определенная сумма на питание – 192 руб. в день. Но нас силой перевели в новую систему. А в новой системе госпиталь вынужден зарабатывать деньги сам.
– На чем?
– На обороте, на количестве вылеченных больных и так далее. И чтобы выжить, приходилось как-то выкручиваться. Больницы не имеют собственных средств на закупку оборудования, ждут подачек от министерства. Скажите, что можно купить на 100 тысяч? Это та сумма, которую может тратить больница без согласования с мин-здравом. До меня главврачом был очень уважаемый человек, Валерий АГАФОНОВ, так его просто вышвырнули… К сожалению, новое руководство минздрава не уважает людей. При Ковтун, помните, было чехарда с назначением главных врачей? И по сей день работа с кадрами – самое слабое место. Не могу вспомнить, кому за последнее время присвоили звание «Заслуженный врач», к примеру, или «Отличник здравоохранения»… Всем до лампочки! За последние пять лет мы похоронили пять главных врачей, причем достаточно молодого возраста. Кого-то из них просто сгнобили.
– И что надо делать, на ваш взгляд?
– Если что-то и менять в здравоохранении, то, прежде всего, его руководство. Я имею в виду Пермский край. А если говорить по большому счету, то необходимо выйти с предложением в Госдуму о пересмотре ФЗ № 323 и изменить статью о переходе больниц в госсобственность.
И последнее. Пермский край может войти в пилотный проект по переходу школ и садиков в госсобственность. Если это произойдет, то их ждет та же участь, что и больницы.
